Михаил Казовский

                

                 РОБИНЗОН

 

В именье, в пригороде Йорка,

Заботой близких окружен,

Хмельной от эля и восторга

Жил престарелый Робинзон.

 

Да, был он счастлив очутиться

Среди друзей, среди подруг,

Знакомые увидеть лица

И весь родной домашний круг.

 

Но миновала эйфория,

Ушел восторг, пришел покой,

И повседневности лихие

Его накрыли с головой.

 

Газеты он читал сначала,

Ныряя в гущу новостей,

Но грязь политики достала

Его зловонностью своей.

 

К тому ж пришлось платить налоги,

За деньги покупать еду,

И следовать законам строгим,

И жить с соседями в ладу.

 

А тут еще племянник спьяну

Сто тысяч в карты проиграл,

И дядя, чтоб помочь болвану,

Свой расчекрыжил капитал.

 

А тут племянница, глупышка,

Беспечно Пятнице дала

И чернокожего мальчишку

Скоропостижно родила.

 

Чтоб прокормить всю эту свору,

Он прилагал немало сил,

И, к сожаленью, очень скоро

Именье с молотка пустил…

 

И говорил тогда, рыдая:

«Какой же был я сукин сын –

Мне остров дал блаженство рая,

А я сбежал с него, кретин!»

 

Но было поздно возвращаться –

Осознавал прекрасно он…

Так в западне цивилизаций

Погиб наивный Робинзон.

 

 

ВОЗВРАТ НА с. ПУБЛИКАЦИИ: new